Э.Я Левен. Воспоминания (часть 9). США, Канада

США, КАНАДА

Мои воспоминания об Америке связаны с разработкой недавно принятой международной шкалы пермской системы. Эта работа организовывалась и курировалась Международной подкомиссией по пермской системе (SPS), голосующим членом которой я состоял. Многие мероприятия по демонстрации разрезов и обсуждению проблем проводились в США и Канаде, и я должен был в них участвовать. Поскольку в моем рассказе речь будет идти о перипетиях, сопутствующих принятию шкалы, начну с того, что обрисую проблему.

До рассматриваемых событий в качестве международной шкалы негласно считалась шкала, разработанная по разрезам Урала. Пермская система подразделялась в ней на 2 отдела и 7 ярусов. Из них лишь нижние 3 могли распознаваться за пределами Урала. Остальные устанавливались по чисто местным критериям, и поэтому их корреляционный потенциал был ограниченным. По этим причинам ими мало кто пользовался: собственная шкала была у американцев; самостоятельная шкала разработана мной и для области Тетис.
В 1991 г. исполнилось 150 лет установления пермской системы. По случаю этой даты в г. Пермь на Урале состоялся Международный конгресс «Пермь Земного шара». На конгрессе профессор Йельского университета штата Айова Брайн Гленистер предложил делить пермскую систему на 3 отдела и принять в качестве среднего из них Гваделупскую серию, выделяемую на западе США. При таком делении системы, во-первых, нарушалась, существовавшая более 100 лет и ставшая привычной, двухчленная схема, а, во-вторых, трехчленная схема оказывалась очень непропорциональной, поскольку нижний отдел примерно в 2 раза превышал по времени каждый из двух последующих. Имея это в виду, я выступил с компромиссным предложением – делить систему на 2 подсистемы, как это сделано для карбона, а в каждой подсистеме выделять 2 отдела. При этом гваделупским мог стать нижний отдел верхней подсистемы.

1

Мое предложение нашло отклик и, как я уже писал в заметках по Китаю, в коллективном проекте (подписанном и Гленистером), который рассматривался на симпозиуме в Китае в 1994 г., система делилась на 4 части. Однако из-за недоработок этот проект не был одобрен.
Обсуждение шкалы продолжилось весной 1996 г. на, организованном американцами, Втором Гваделупском симпозиуме, целью которого было продемонстрировать типовые разрезы гваделупского отдела и его границы. Я получил приглашение и в начале марта вылетел в Вашингтон. Со мной летели Г. Котляр – председатель пермской комиссии МСК и Т. Леонова – специалист по аммоноидеям из Палеонтологического института РАН.
Встречал нас Брюс Вардлоу – специалист по конодонтам и, как и мы с Котляр, голосующий член SPS и активный сподвижник Гленистера по продвижению гваделупского отдела. Он являлся сотрудником Геологической службы США, которая располагается в Рестоне, недалеко от Вашингтона. На следующее утро мы собрались в его кабинете. Присутствовал также Х. Коцур из Венгрии, который также был членом Подкомиссии и тесно сотрудничал с американцами в изучении и обосновании гваделупского отдела.

1

Обсуждая повестку предстоящего симпозиума, довольно быстро договорились о том, что мы, т.е. русская делегация, готовы поддержать гваделупский отдел при условии, что нижний отдел (предуральский) с четырьмя ярусами – ассельским, сакмарским, артинским и кунгурским останется российским. Решение вопроса о необходимости деления его на 2 отдела, что никто не отрицал, отложили на будущее, поскольку практическое осуществление такой операции пока не было подготовлено. На верхний отдел пермской системы (лопинский) претендовали китайцы, и это не вызывало возражений, поскольку лучшие разрезы соответствующей части пермской системы располагаются в Южном Китае. Таким образом, шкала приобретала отчетливый международный характер, и в дальнейшем в борьбе за отделы постоянно ощущалась политическая составляющая. В частности, когда по возвращении я докладывал о результатах симпозиума в ГИНе, меня упрекали в отсутствии патриотизма за то, что я согласился с американским гваделупским отделом.
До начала симпозиума оставалось много времени, и нас пригласили присоединиться к экскурсии, которую проводил Гленистер со своими студентами на коралловых островах Флорида-Кис, протянувшихся цепочкой к югу от полуострова Флорида и отделяющих Мексиканский залив от Атлантики. До отъезда 3 дня знакомились с Вашингтоном: побывали в Конгрессе, в Национальном музее истории природы (Смитсоновский институт), в музее космонавтики, картинной галерее. Отъезд состоялся 13 марта. Ехали в небольшом микроавтобусе с двумя ночевками, преодолев более 1500 км. Дорога отличная. Вдоль дороги сосновые леса. По мере продвижения на юг заметно теплело и появились пальмы. Уже находясь в штате Флорида, свернули с главной дороги и посетили Дисней Лэнд.
По прибытии, на одном из островков нас расселили по отдельным бунгало среди пальм и цветущего бугенвиля в 50 м. от океана. К вечеру подъехал Гленистер со студентами, и на другой день началась практика, состоявшая в том, что на небольшом катере выплывали в сторону Мексиканского залива к многочисленным мангровым островкам, где брали пробы донных осадков и потом изучали содержавшуюся в них микрофауну. Всем нам выдали надувные жилеты, ласты и маски. Так что можно было плавать лицом вниз, разглядывая донных обитателей. Это попробовал даже я, хотя совершенно не умею плавать. Так продолжалось 3 дня, затем два дня плавали в сторону океана смотреть барьерные рифы. Я в воду лезть не решился – далеко плыть и сильное волнение. На этом практика закончилась.
Возвращались на том же микроавтобусе, но другим путем. Сначала заехали в национальный парк Оверглейтс – сплошные, поросшие травой и камышом, болота с
1

1

многочисленными цаплями и крокодилами. Объехав заповедник с севера, выехали на западное побережье полуострова Флорида с изумительными белыми песчаными пляжами, отсюда на север к Атланте и далее вдоль предгорий Аппалачей в Вашингтон.
Экскурсии завершились, но до начала симпозиума еще оставалось много времени. Вардлоу поинтересовался, чем бы я хотел его заполнить. Я отлично понимал, что американцы покупают наше согласие поддержать их проект. Действительно, они оплатили нашу поездку в Америку, где оплачивали гостиницы и питание. Экскурсия во Флориду также стоила денег. Это был откровенный подкуп, и я решил их наказать, придумав еще одну статью расхода. На крайнем северо-западе Америки в г. Беллингем штата Вашингтон проживал Чарлз Росс – крупнейший специалист по фузулинидам Америки. Я высказал пожелание с ним встретиться. Это означало, что мне нужно оплатить авиабилет через всю страну. К моему удивлению, Вардлоу согласился. Связались с Россом, тот не возражал меня принять, и уже на другой день после возвращения в Вашингтон я уже летел в Беллингем. Этой поездкой можно было убить двух зайцев. Дело в том, что Беллингем расположен у самой границы с Канадой, сразу за которой в городке Аббодсфорд жил мой дядя. Я ему позвонил, и он обещал встретить меня в Беллингеме. Когда самолет приземлился, они с женой уже были там и пригласили погостить у них несколько дней. Смущало отсутствие у меня канадской визы. Но дядя сказал, что можно и так. Действительно, когда наша машина пересекала границу, в пограничной будке дежурила какая-то девица. Дядя поговорил с ней, и она пропустила нас, даже на меня не взглянув.
В Канаде я уже побывал в 1994 г., когда в Калгари проходил симпозиум «Пангея». Он сопровождался поездками в очень живописные Скалистые горы. Посетил интересный Палеонтологический музей в Парке динозавров. В отличие от подобного музея в Москве, выдержанного в строгом и скучном академическом стиле, канадский ориентирован на привлечение посетителей, которых там, действительно, очень много. Он расположен в местности с причудливым рельефом (бэдленд), образованным в результате эрозии песчаников мелового возраста, содержащих остатки древних позвоночных. Откопанные здесь скелеты динозавров (около 500) и служат главными экспонатами музея. При музее расположен институт, где скелеты препарируются, реставрируются и изучаются. Все это происходит за стеклянными стенами, и весь процесс могут наблюдать посетители. Кроме того, желающим предоставляется возможность покопаться в земле самим и добыть сувенир в виде обломка кости. Вместе с В. Давыдовым сделали визит в Геологическую службу Канады,
1
1

где познакомились с В. Нассычуком – специалистом по перми Арктической Канады и его сотрудником - китайцем Руи Линем; просмотрели, хранящиеся у них коллекции фузулинид. После завершения симпозиума с одним из живущих в Калгари родственником на машине совершили путешествие в штат Британская Колумбия. По дороге пересекли Скалистые горы и Береговой хребет. Конечным пунктом был очень
1

живописный город Ванкувер. На остров Ванкувер меня свозил дядя во время второго визита в Канаду. Таким образом, я получил довольно полное представление о западных районах Канады. Они очень живописны – горы, леса, озера. Плотность населения Канады сравнительно небольшая (35 млн. на громадную территорию) и значительная его часть концентрируется в крупных городах. Поэтому природа этой страны еще не слишком подверглась пагубному влиянию человека. Исключение, может быть, составляют только знаменитые прерии штата Альберта, от которых ничего не осталось. Все обширное пространство бывших прерий сейчас используется под посевы. Когда над ним пролетаешь на большой высоте, то хорошо видно, что все оно расчерчено на квадратики, каждый из которых является отдельным фермерским хозяйством, размером в 250 га.
Одной из таких ферм владеет мой двоюродный брат, у которого я гостил во время первого посещения Канады. Он, в основном, выращивает пшеницу. Кроме того, разводит своеобразных пчел не для меда, а для очень ценных удобрений, в качестве которых используется содержание пчелиных сот. На небольшой делянке выращивает жень-шень. Все это хозяйство он ведет вдвоем с сыном, которому, когда я гостил, было 19 лет. В хозяйстве трактор, комбайн, сеялка, грузовая машина. При ферме свой элеватор. Дом, в котором брат живет с сыном и женой, двухэтажный. В нем мягкая мебель, камин, пианино, телевизор, компьютер, музыкальный комбайн, в подвальном помещении бильярд. Время от времени выезжают в Калгари на симфонические концерты. Ферма брата не исключение. Я побывал и на других фермах – везде примерно одно и то же. Так живут и работают «труженики полей» в Канаде.
Погостив у дяди, вернулся в Беллингем, где 3 дня очень продуктивно общался с Россом. Из Беллингема вылетел в Бойсе – столицу штата Айдахо. В Бойсе в то время уже жил и работал в университете В. Давыдов. Вместе с ним там работали еще несколько человек, занимающихся стратиграфией перми, в том числе проф. Клод Спиноза – голосующий член SPS. На другой день после моего прилета все мы погрузились на 2 джипа и отправились в небольшой город Элпайн, расположенный на юго-западе Техаса, где должен был состояться симпозиум. Чтобы туда добраться, надо было пересечь всю страну. Путь наш проходил через штаты Айдахо, Юта, Колорадо, Нью-Мексико, Техас, т.е. через весь «дикий запад». В основном, это пустыня, местами довольно живописная.
1

Заседаниям симпозиума предшествовали экскурсии, где нам демонстрировались разрезы гваделупской серии и подстилающих отложений.
Типовой разрез гваделупской серии находится в Гваделупских горах. Здесь нам показали предлагаемую ее нижнюю границу и границы трех ярусов – роудского, вордского и кэпитэнского, которые ее составляют. Нижняя граница серии была продемонстрирована и в Стеклянных горах, где хорошо представлены также подстилающие отложения каседральского и хэсского ярусов, выделяемых в американской шкале. Упор делался на границы, т.к. в соответствии с концепцией, разработанной Международной комиссией по стратиграфии, объем ярусов определяется исключительно его границами. Границы же следует привязывать к смене одного вида ископаемых другим в их непрерывной эволюционной последовательности. Для карбона и перми наиболее космополитными считаются конодонты. Поэтому, как границы этих систем, так и составляющих их подразделений сейчас, определяются по конодонтам, и ярусная шкала этих систем, по существу, является всего лишь отражением этапов эволюции конодонтов.

1

1

За несколько лет работы, предшествовавшей симпозиуму, американскими специалистами по конодонтам (в основном Вардлоу) и сотрудничавшим с ними Коцуром все границы американских ярусов перми были установлены. Нам они предлагались как данность, не подлежащая сомнению, а, тем более, изменению. Насколько эти границы будут распознаваемы в разрезах других частей света американцев не волновало – у нас так, и вы извольте ориентироваться на наши границы, а, если не получается, то это ваши проблемы. К сожалению, этому было трудно что-то противопоставить, т.к. в разрезах Урала и Тетиса к настоящему времени конодонты изучены хуже, чем в Америке, по крайней мере, в интервале, соответствующем гваделупской серии. Это относится также и к кунгурскому ярусу. Упирая на это, Гленистер во время заседаний, проходивших после экскурсий, вопреки нашей предварительной договоренности в Рестоне о том, что весь нижний отдел, включая кунгурский ярус, остается за русскими, стал настаивать на замене этого яруса американским каседральским. Чтобы решить этот вопрос, он предложил организовать голосование, что и было сделано. Результат был не в нашу пользу. Окрыленные успехом американцы даже стали обсуждать между собой, где взять деньги, чтобы откупить у фермера, расположенный на принадлежащей ему территории холм, на склоне которого находится типовой разрез каседральского яруса. Однако в конце последнего дня заседаний результат голосования неожиданно оспорил Джин Юган, в то время являвшийся председателем SPS. Он заявил, что этот результат не может иметь силы, поскольку изначально был предрешен тем, что голосовали в Америке, и на заседании в основном присутствовали американцы, естественно, поддержавшие Гленистера. Если бы тот же вопрос голосовался в Китае или России, итог заведомо был бы другим. Поэтому Джин настаивал, чтобы голосовали только члены SPS.
Проголосовали на следующее утро, до завтрака. Из присутствующих на симпозиуме восьми голосующих членов SPS американцев было только трое, и каседральский ярус вместо кунгурского не прошел. На этом Гваделупский симпозиум был завершен. После завтрака погрузились на машины и отбыли в Эль-Пасо, откуда на следующий день должны были вылетать в Вашингтон. Эль-Пасо крупный город, граничащий с еще более крупным мексиканским городом Сьюдад-Хуарес – центром мексиканской наркоторговли и преступности. В 2009 г. он был признан самым криминогенным городом мира. Граница проходит по реке Рио-Гранде, через которую перекинут мост.
Вечером у Вардлоу возникла идея отметить окончание симпозиума в мексиканском ресторанчике. Для этого оказалось достаточным заплатить по 25 центов в пропускном пункте на мосту, и никаких виз. Правда, это можно было сделать только в одну сторону. Мексиканцев в Америку не пускали. Более того, в борьбе с незаконной миграцией, с американской стороны на дорогах установлены проверочные пункты, где даже наши машины проверялись на присутствие среди нас мексиканцев.
Когда мы пересекли мост, то попали совсем в иной мир, и этот резкий переход поражал. Действительно, с одной стороны моста – типичный американский город с многоуровневыми развязками, множеством машин и отсутствием пешеходов. На мексиканской стороне жизнь кипела ключом. Уже на мосту чем-то торгуют, клянчат милостыню нищие дети. Улица, тянущаяся от моста, забита народом; по обе стороны магазинчики, ресторанчики, отовсюду слышна музыка. В одном из таких ресторанчиков мы и провели замечательный вечер, запивая очень острые мексиканские блюда настоящей мексиканской текилой и заедая мексиканскими кукурузным лепешками.
На другое утро мы вылетели в Вашингтон, и еще через день я уже был в Москве.
Гваделупским симпозиумом история с пермской шкалой не закончилась. Для того, чтобы выдвинуть официальное предложение по ревизии шкалы, предстояло провести большую работу по всестороннему обоснованию решений Гваделупского симпозиума. В 1999 г. в Калгари (Канада) должен был состояться Международный конгресс по карбону и перми, на котором предполагалось окончательно согласовать проект обновленной пермской шкалы. Предварительное обсуждение проходило в Бойсе, где работал В. Давыдов и куда был приглашен я, а также Б. Чувашов и В. Черных, занимавшихся обоснованием уральских ярусов нижней перми. Чувашов был голосующим членом Подкомиссии. Приехал также Б. Вардлоу, бывший в то время ее председателем.

1
1

Поработав два дня и согласовав точки зрения, выехали на машинах в Калгари. Дорога очень живописна, т.к. почти на всем протяжении проходит в горах, преимущественно покрытых хвойным лесом. Проезжали мимо Москвы – небольшого городка (23000 жителей), в котором находится один из первых (если не первый) университетов в США. Кстати, в разных штатах Америки существует еще 9 городов с названием «Москва». Ночевали на берегу большого озера, где Спиноза строил дом, в котором собирался жить после предстоящего ухода на пенсию.

1

На Конгрессе события, связанные с продвижением американского проекта шкалы, развивались довольно драматично. Гленистер поставил перед Пермской подкомиссией вопрос о срочном принятии решения по шкале с тем, чтобы успеть провести его через Международную Стратиграфическую комиссию и подготовить к ратификации на 31-ом Международном Геологическим Конгрессе, который должен был состояться в Бразилии летом 2000 года. Гленистер не сомневался в успехе. Но, просматривая тезисы докладов, я обнаружил большие расхождения в трактовках, вроде бы уже согласованной, нижней границы Гваделупского отдела пермской шкалы. Без однозначного решения этого вопроса принимать шкалу было преждевременно, и я заявил Гленистеру, что буду голосовать против. Меня поддержали Г. В. Котляр, Б. И. Чувашов и некоторые другие голосующие члены подкомиссии. Кроме того, я настаивал на том, чтобы вопросы о гваделупском отделе, с одной стороны и составляющих его ярусов, с другой, голосовать отдельно. Возникла реальная угроза, что американский проект не будет принят. Чтобы это произошло, за него должны были проголосовать 10 членов подкомиссии из 16-ти. Предварительный расклад голосов показывал, что этого может не случиться. Гленистер был в панике, и все время пытался убедить нас в необходимости принятия шкалы. Очень ему хотелось войти в историю, что он и не скрывал, приводя этот аргумент в попытке склонить нас на свою сторону. Сошлись на том, что на последнем заседании Подкомиссии специально обсудим вопрос о границах гваделупского отдела за пределами Америки. Однако, судя по всему, этого никому делать не хотелось. Не успело заседание начаться, как в зал внесли несколько ящиков пива, и тут уже было не до дискуссий.
1

Голосование состоялось в декабре 1999 г. заочно по почте. К назначенному сроку прислали 15 бюллетеней, из которых «за» было 9. Проект не прошел! Однако вскоре нам сообщили, что с некоторым запозданием пришел еще один бюллетень «за» и что шкала принята, хотя по существующим правилам, присланный не во время бюллетень, не должен был учитываться. Но на этом злоключения со шкалой не закончились. На Конгрессе в Бразилии решение Пермской подкомиссии по шкале не было ратифицировано, так как потеряли документы с результатами голосования, одобренными Стратиграфической комиссией. Это было сделано лишь зимой 2001 г., для чего потребовалось организовывать повторное рассмотрение результатов голосования Стратиграфической комиссией.
Таким образом, многолетняя история по «усовершенствованию» Международной пермской шкалы завершилась. Теперь пермская система делится на три отдела (предуральский, гваделупский и лопинский) и девять ярусов (ассельский, сакмарский, артинский, кунгурский, роудский, вордский, кэпитенский, уцзяпинский и чансиньский). Модернизация шкалы произошла, главным образом, благодаря настойчивости американцев и их тугим кошелькам, что давало им возможность финансировать исследовательские работы и организационные мероприятия по всему миру, а от этого многое зависело. Однако, несмотря на то, что новая шкала является теперь узаконенным мировым стандартом, пользоваться ею за пределами Америки трудно. Вопрос о возможностях использования этой шкалы на территории России обсуждался в 1998 г. на симпозиуме в Казани. В результате было решено разработать для России свою шкалу. Она была утверждена МСК в 2006 г. В ней, как и в Международной шкале, 3 отдела и 9 ярусов, но объем их и названия не совпадают, за исключением трех нижних ярусов. В шкале для области Тетис пермская система подразделена на 2 подсистемы 4 отдела и 9 ярусов. Ярусам Международной шкалы в ней отвечают лишь 2 нижних и 2 верхних яруса.

Прочитал написанное и увидел, что оно очень напоминает научную статью и, может быть, не всем будет интересно. Но мне хотелось приоткрыть «кухню» принятия решений по ревизии Международной стратиграфической шкалы, в чем немаловажную роль играют личные и патриотические амбиции, финансовые возможности, харизматичность лидеров и даже владение английским языком, от чего сильно зависит убедительность в дискуссиях. Что касается впечатлений об Америке, то они довольно поверхностны, поскольку мое пребывание в этой стране в основном было связано со стратиграфическими проблемами. Кроме того, об Америке уже столько написано, что трудно что-то добавить. Поэтому ставлю точку.

Логотип

Облако тэгов

Случайное фото

np25