Блог пользователя admin

РАЗНОЕ

Следующие ниже заметки представляют собой не связное повествование о Памирской экспедиции конца пятидесятых-начала шестидесятых годов прошлого века, а лишь пестрый набор сохранившихся в памяти событий, впечатлений и отдельных эпизодов, так или иначе относящихся к моей работе на Памире в эти далекие годы.

АФГАНИСТАН

С Афганистаном впервые я соприкоснулся заочно. В шестидесятые-семидесятые годы прошлого века советские специалисты по контракту проводили широкомасштабные геологические работы на территории этой страны. В их числе были и многие мои друзья по Памирской экспедиции, присылавшие мне на определение коллекции фузулинид. Первым сделал это Борис Пашков. Он работал на территории Северного Афганистана, где фузулиниды раньше не отмечались. О том, что в моих руках находится уникальная коллекция этих фораминифер, каким-то образом узнали французы – А. Лаппаран и М. Лис, которые собирались публиковать монографию по фузулинидам Афганистана, но располагали материалом лишь из центральных его районов. Они обратились ко мне с предложением к ним присоединиться.

МОНГОЛИЯ, КИТАЙ

В Монголию я попал в 1990 г. вместе с отрядом брахиоподчиков из Палеонтологического института, состоящим из Игоря Мананкова и Татьяны Грунт. Работать мы должны были в пустынном районе самого юга страны, граничного с Китаем. Каких-то особых задач я перед собой не ставил, палеонтологи же рассчитывали на мою помощь в вопросах геологии и в поисках местонахождений брахиопод.
Пустыня, в которой я очутился, была для меня в новинку: жара, вода только в редких колодцах, песок, стада куланов и джейранов, сопровождавшие машину, непуганые архары...

США, КАНАДА

Мои воспоминания об Америке связаны с разработкой недавно принятой международной шкалы пермской системы. Эта работа организовывалась и курировалась Международной подкомиссией по пермской системе (SPS), голосующим членом которой я состоял. Многие мероприятия по демонстрации разрезов и обсуждению проблем проводились в США и Канаде, и я должен был в них участвовать. Поскольку в моем рассказе речь будет идти о перипетиях, сопутствующих принятию шкалы, начну с того, что обрисую проблему.

ИТАЛИЯ, АВСТРАЛИЯ

В 1991 г. на конгрессе «Пермь Земного шара» я познакомился с Лючией Анжиолини, тогда аспиранткой, а сейчас профессором Миланского университета – специалистом по пермским брахиоподам. Она сказала, что участвовала в экспедициях профессора того же университета Маурицио Гаэтани в Каракорум и что они привезли оттуда образцы с фузулинидами. Она обещала поговорить с ним относительно того, чтобы либо переслать их мне, либо пригласить меня для их изучения в Милан. И, действительно, через некоторое время я получил приглашение, и в марте следующего годы вылетел в Италию.

ЗАКАВКАЗЬЕ, ТУРЦИЯ

В 1968 г. я стал работать на кафедре региональной геологии Московского геологоразведочного института (МГРИ). До перехода на преподавательскую деятельность несколько лет числился ст. н. сотрудником научно-исследовательского сектора института, где проводил договорные исследования на Памире и в Закавказье. Кроме меня, в работах на Кавказе участвовали и другие сотрудники кафедры и, прежде всего, Елизавета Александровна Успенская (Лиза), вместе с которой мы провели 7 полевых сезонов, работая по договорам с геологическими управлениями Азербайджана и Армении.

В первые три года (1970, 1972 и 1973) работы проводились в горах, обрамляющих с северо-востока долину р. Аракс, от ее притока – р. Веди на западе до Джульфы на востоке. Здесь широко распространены интересующие меня отложения пермского возраста, которыми я, в основном, и занимался, осмотрев все сколько-нибудь приличные разрезы.

Вадим Логачев

Один из первых исследователей Памира И.И.Зарубин в 1911году писал: « … Бартанг выделяется даже среди памирских рек суровостью и мрачностью своей природы. Это река глубже, чем другие, врезается в материк и почти повсюду течет среди отвесных и недоступных скал. Очень часто русло реки представляет собой настолько узкий коридор, что солнечные лучи попадают сюда всего на несколько часов в день…».

Бартанг – красавец. Кто его увидит – запомнит на всю жизнь …
Запомнит урчание реки - громкое и тревожное в прижимах и на перекатах, спокойное на плесах и в широких водоворотах.
Запомнит бесконечные серые осыпи, тянущиеся веером по крутым склонам.
Песчаную пойму, где узкую, где широкую с зарослями облепихи, шиповника и красного барбариса…
Запомнит утренний запах растопленных печей в игрушечных кишлаках, ютящихся в зеленом треугольнике конусов выноса…
Ореховое дерево возле дороги, размером с вековой дуб…
Сладкую грушу, урюковые рощи, шелковицу…
Дорогу, пробитую в скале …
«Чертов мост» через Бартанг…
Осеннюю летящую паутину, добрые лица бартанцев и звонкое слово «царанг?»…

Вадим Логачев

Пяндж – верховье Амударьи, самой водоносной реки в Средней Азии.
Если мы смастерим виртуальную, непотопляемую лодочку и отправимся вплавь по этой реке - это будет удивительное путешествие, длинной в две с половиной тысячи километров, которое через много дней, а может месяцев, закончится в теплых водах Аральского моря.
Так и сделаем …
Истоки реки начинаются на одном из северных склонов Гиндукуша на границе Китая, Афганистана и Индии. Здесь на высоте пять тысяч метров из щелей висячего ледника вырываются быстрые потоки речки Вахджир, которая ниже по течению называется Вахан-Дарьей. Вахан-Дарья, длинной в двести двадцать километров, течет вдоль южной окраины Памира, в глубоком ущелье между Ваханским хребтом на севере и Гиндукушем на юге.

Лет 10 назад решил откопать в себе, скажем так, "творческое начало". Особо не напрягаясь, родил при помощи клавиатуры несколько рассказов. Потом начал сбрасывать их на сайты типа "Молодые писатели" - интересно же, что скажут профи. Профи сказали, что "проблема с русским языком"...
Ну и ладно.
Некоторые отрывки из рассказов я решил опубликовать на нашем сайте. Здесь им как раз и место.
Вадим Логачев

Логотип

Облако тэгов

Случайное фото

a4